Home

Advertisement

andrei_lanskoy [entries|archive|friends|userinfo]
andrei_lanskoy

[ userinfo | livejournal userinfo ]
[ archive | journal archive ]

(no subject) [Oct. 27th, 2009|12:32 am]
Сегодня узнал, что на прошлой неделе умер профессор, беззастенчиво заваливший меня на устном экзамене при первом поступлении в МГУ. К этой новости остался равнодушен.
Link5 comments|Leave a comment

(no subject) [Oct. 22nd, 2009|01:11 am]
[Tags|]

http://www.russianews.ru/freetime/28125/

МИФ О ЖУРНАЛИСТЕ

Драматурги не любят журналистов. Чем иначе объяснить тот факт, что из тысяч пьес, кино- и телефильмов считанные единицы посвящены представителям второй древнейшей профессии? Куда меньше, чем, скажем, представителям древнейшей первой. Тем удивительнее и ценее то, что в конце прошлой недели нам показали сразу несколько фильмов, главные герои которых принадлежат журналистскому цеху. Все они созданы крупными режиссерами и стали если не культовыми, то, по крайней мере, знаковыми для своего времени. Это фильмы «Журналист» Сергея Герасимова (1967), «Римские каникулы» Уильяма Уайлера (1953), «Народ против Ларри Флинта» Милоша Формана (1996) и «День сурка» Гарольда Рэмиса (1993).

Нам же эти ленты интересны с точки зрения восприятия журналистики в культурном пространстве. На первый взгляд, перед нами предстают разнородные образы - советского и американского газетных репортеров, скандального издателя порножурнала и провинциального телеведущего-метеоролога. Стилистические рамки, в которых раскрываются образы, тоже совсем разные: здесь и внимательный неореализм, и жесткий натурализм, и фантастическая притча. Тем не менее, эти персонажи многое объединяет, ведь каждый из них по-своему вопроизводит сложившийся миф о журналисте. Не вдаваясь в анализ и оценку фильмов, попробуем разобраться в самом этом мифе.

Сразу отметим заявленную противопоставленность журналиста окружающему обществу. Он — особый, отдельный человек, не такой, как другие. Он может занимать достаточно элитарное положение, как в фильме Герасимова, или, наоборот, несколько приниженное, как, скажем, в «Римских каникулах» - но его выделенность из среды всегда так или иначе показана. У Милоша Формана она абсолютизируется в формуле «народ против журналиста», озаглавившей фильм.

Кроме того, журналист — человек пограничный, одновременно и принадлежащий социуму, и как бы находящийся вне его. До известной степени эта позиция обусловлена спецификой оптики, профессиональной необходимостью сосуществования в нем двух точек зрения: изнутри и извне описываемого им мира. Это романтическое двоемирие журналиста придает его образу особый шарм, ведь ничто так не привораживает, как сочетание близости и недоступности.

Собственно, преодоление дистанции и составляет внутренний сюжет рассматриваемых нами фильмов — и мифа о журналисте. Все-таки, журналист — профессиональный коммуникатор, а любовь — вид коммуникации. Конечно, мелодраматический контекст можно списать на законы кинематографа, однако думается, что отнюдь не случайно основной конфликт наших героев состоит в исходной невозможности любви и в необходимости пройти путь к ее достижению.

Как правило, обязательная для журналистского мифа сентиментальная история разворачивается на фоне этической проблематики. Профессиональная деятельность журналиста в социуме задана конфликтом между идеей свободы и идеей ответственности. Это - два краеугольных камня СМИ, и любой перекос здесь опасен. Исходный цинизм почти всех наших героев, объясняемый как следствие свойственной свободе отчужденности, преодолевается в сюжете возрастающей необходимостью сопричастности. Если конфликт разрешается лишь на уровне политическом, внешнем, как в фильме «Народ против Ларри Флинта», герой выглядит почти трагическим, ибо в глубине души конфликт не исчерпан. Однако если происходит психологическая трансформация, нас ожидает хэппи-энд.

Иными словами, обощенную формулу мифа можно передать следующим образом: это история человека, чье существование в двух мирах — жизни и прессы — дает ему особые права и свободы, но также приводит к отчужденности и цинизму, для преодоления которых ему нужно выращивать в себе чувства участия к людям и ответственности перед ними. Что естественнее всего происходит в ситуации любви.
Link5 comments|Leave a comment

В Крыму [Oct. 17th, 2009|12:59 am]
[Tags|]

Как от использованной тары,
от ветхих отказавшись тел,
земли и моря передел
ведут воинственные тавры.

Их голоса слышны порой
в сухой траве и влажном ветре,
когда восходишь на Ай-Петри
высокогорною тропой.
Link3 comments|Leave a comment

колонка в "России" [Oct. 12th, 2009|09:03 pm]
[Tags|]

http://www.russianews.ru/freetime/27751

ТРИ ДЕМОНА ШЕСТЕРКИ

Новость о том, что ВГТРК создает на частоте «Спорта» новый не вполне спортивный канал, не вызвала возмущения у физкультурников и болельщиков. К очередной смене содержания канала отнеслись спокойно: что поделаешь, коли такова его телевизионная карма.

Шестая кнопка всегда была проблемной. Созданный еще в 70-е годы для нужд гражданской обороны, шестой метровый диапазон считался техническим. Когда же в годы перестройки один из членов Политбюро увлекся большим теннисом, специально для него канал задействовали для прямых трансляций теннисных турниров, о чем до сих пор помнят благодарные жители Москвы и Подмосковья. Мы же отметим, что два демона - подчинения и спорта - стали обживать этот диапазон еще при старом режиме.

В начале 90-х эту частоту облюбовали Эдуард Сагалаев и Тед Тернер, инициировавшие создание первого федерального развлекательного канала ТВ-6. Вещание шло главным образом на Москву и задавало формат, впоследствии освоенный монструозными СТС и ТНТ: кичевое оформление, бесконечные сериалы, голливудские блокбастеры, скандальные ток-шоу и отсутствие службы новостей. Из ярких проектов зрителям запомнились «Акулы пера», «Дорожный патруль», «МузОбоз» Ивана Демидова и «Кинескоп» Петра Шепотинника. Кстати, именно на ТВ-6 появилось первое отечественное реалити-шоу «За стеклом». В целом на протяжении всех 90-х годов канал ориентировался на подростковую аудиторию. Мы же зафиксируем появление на шестой кнопке третьего демона - духа молодости.

Впрочем, спокойная развлекательная жизнь продолжалась недолго. На рубеже тысячелетий канал приобрел Борис Березовский и немедленно подчинил его актуальным политическим задачам: появилось информационное вещание, хорошо поработавшее на выборную кампанию 1999 года. А в 2001 году случился новый телевизионный кризис, и на ТВ-6 пришла изгнанная Газпромом с НТВ команда Евгения Киселева. Свободолюбивые тележурналисты вполне авторитарно вытеснили прежних сотрудников, закрыли передачи и подчинили шестой метровый диапазон демократической инициативе.

Однако и новая власть продержалась недолго. С самого начала пошли судебные разбирательства, которые менее чем через год привели к ликвидации ТВ-6 в связи с банкротством. На ее место пришла свежеиспеченная телевещательная компания ТВС, состоящая из все той же киселевской команды. ТВС расшифровывалось как «твой верный спутник». Впрочем, и верность длилась недолго, примерно через год ТВС влез в долги и тоже был обанкрочен. Канал закрыли с трогательной формулировкой: «в интересах телезрителей». Дух подчинения и несвободы, правивший доселе шестой кнопкой, уступил место демону спортивных состязаний. Канал перешел в управление ВГТРК и занялся исключительно спортивным вещанием.

Прошло несколько лет, и у руководства ВГТРК накопились закономерные вопросы. Действительно, эфир, состоящий, главным образом, из постоянных повторов однажды записанных трансляций обходился дорого, а выглядел при этом скучновато. Качество оформления, программное разнообразие, уровень комментирования и аналитики уступали кабельно-спутниковым конкурентам - «НТВ+ Спорт» и «Eurosport». По-видимому, последней каплей стало активное проникновение в государственный эфир спортивного покера и бильярда, что, конечно, шло вразрез с властной установкой на искоренение всего, что похоже на игорный бизнес.

В этой ситуации неопределенности проснулся давно прописанный на шестой кнопке демон молодости. Председатель ВГТРК Олег Добродеев торжественно объявил о создании нового телеканала, ориентированного на активную молодежь. Трансляции же важнейших спортивных событий он пообещал оставить в сетке вещания в рамках все той же активно-молодежной повестки дня. Создавать новое вещание поручено небезызвестному Владимиру Владимировичу из Питера. Конечно, руководитель канала «Петербург - Пятый канал» В.В. Троепольский отнюдь не молод, но это как раз тот случай, когда требуется изрядная доля опытности. Будем надеяться, она поможет успокоить тревожную карму «шестерки» и угомонить трех ее демонов.
Link4 comments|Leave a comment

Перпетуум нобиле [Oct. 6th, 2009|11:49 am]
[Tags|]

http://www.slon.ru/blogs/lanskoy/post/148225/

Началась очередная нобелевская неделя. По ее итогам можно будет сказать что-то конкретно-вразумительное, пока же сердце просит высказать абстрактно-наболевшее. Массовое брендированное сознание по-прежнему воспринимает нобелевскую оценку как большое событие и выдающееся достижение. Иногда так оно и есть - но в последнее время скорее вопреки, чем благодаря.
Критика нобелевки звучит со всех сторон. Ясно, что решения по линии естественных наук заданы коммерческими соображениями. Не секрет, что, скажем, рейтинг университетов и, следовательно, их многомиллиардные бюджеты зависят от числа сотрудников-нобелиатов. Решения по премии мира очевидно политически ангажированы, мотивированы конкретно-исторической повесткой дня.

Легитимность литературных награждений под еще большим вопросом - в силу субъективности индивидуального вкуса. Однако нелепость ситуации куда как объективна: как вообще получилось, что дюжина шведских академиков решает, кто в мире лучший писатель? Судьи-то кто? Может быть, это крупнейшие ученые-литературоведы и критики? Так ведь ничего подобного. Да и есть ли в Швеции полноценная литературная традиция, дающая право выносить высокие суждения? Кто в ней отметился, кроме больше театрального, чем литературного Стринберга и в меру упитанного Карлсона?

Разве катастрофическая близорукость решений шведского жюри за последние сто лет не дискредитировала его? Ведь хорошо, если хотя бы каждый третий литературный нобелиат прошел проверку временем и остался в истории словесности. Списки канувших в Лету награжденных, равно как и обойденных премией действительно великих писателей, воистину внушительны. Не будет большим преувеличением сказать, что обычный сравнительно образованный читатель способен вынести более экспертное суждение о литературных заслугах, чем скандинавские академики.

Впрочем, эти вопросы не обязательно риторические. Из них может следовать вполне практический и даже патриотический вывод. Ведь вот какая мысль приходит в голову: коль скоро нобелевская премия находится в ситуации очевидного системного кризиса, почему бы России не перехватить инициативу? Что мешает осуществить проект российского Нобеля, постепенно вводить свою систему оценок и рейтингования? Заодно распространить их и на пропущенные нобелевкой сферы науки и искусства. Известно, что в любой игре выигрывает не сильнейший, а тот, кто задает правила игры или, на худой конец, осуществляет судейство.

Пусть не сразу, но в перспективе внешний эффект может быть большим, чем от олимпиады, а затрат куда меньше. Кстати, и бренд Нобеля можно оставить, к этому есть исторические основания: господин Альфред жил, как известно, в Санкт-Петербурге и состояние свое сделал в том числе и на каспийской нефти.
Link3 comments|Leave a comment

(no subject) [Oct. 1st, 2009|06:32 pm]
[Tags|, ]

Начал вести блог-колонку на новостном бизнес-ресурсе Slon.ru

Здесь первая: http://slon.ru/blogs/lanskoy/
Link11 comments|Leave a comment

"Политический класс" [Oct. 1st, 2009|01:17 am]
http://www.politklass.ru/cgi-bin/issue.pl?id=1311

В сентябрьском номере журнала "Политический класс" вышла большая моя статья со сравнительным анализом кланов Кеннеди и Михалковых. Разумеется, все это вылилось в общие рассуждения о сущности современной власти, медиакратии, типологии элит и т.д. Отрадно, что редакторы из темы статьи сделали обложку.
LinkLeave a comment

колонка сегодня [Sep. 24th, 2009|12:33 am]
[Tags|]

http://www.russianews.ru/newspaper/27284/27356

ТОРЖЕСТВО ПОШЛОСТИ

Иногда они возвращаются. Звезда психотерапевта Анатолия Кашпировского ярко вспыхнула двадцать лет назад на закате советской власти. С приходом новой власти она стремительно упала, и мы не успели загадать желания. Ни скандальное депутатство Анатолия Михайловича, ни череда российско-американских разбирательств, связанных с его именем, не в состоянии были возродить славу главного телегероя эпохи разлома советской картины мира. Казалось, что массовое помешательство, вызванное концертной деятельностью искренне-демонического Кашпировского и не менее искреннего плута Чумака, навсегда останется в летописи отечественного телевидения в числе самых темных, готических ее страниц.

Однако волшебная сила искусства желтизны способна реанимировать любой подзабытый бренд. Телеканал НТВ предложил невзыскательной аудитории новый рейтинговый проект, воскрешающий имя перестроечного мага. Впрочем, авторы передачи не обещают ни коллективного транса, ни дистанционного исцеления. И это очень разумно с их стороны, ибо не те нынче времена. На всякого народного целителя есть теперь главный санитарный целитель Онищенко: уж он-то спуску не даст никому.

Памятуя об успехе международных битв экстрасенсов и шоу чародея Ури Геллера, прославившегося гнутыми ложками, творцы массового вкуса выпустили в эфир своеобразный формат чернокнижного криминального расследования. Магам и колдунам предлагается распутать страшные тайны, уровень же их мастерства верховно оценивает гуру Кашпировский. И все бы хорошо, да только его серьезный образ стал не более чем рекламной приманкой для вполне шаблонного таблоидного шоу, ничем по сути не выделяющегося из ряда ему подобных, коими забит в выходные вечера канал НТВ. Все те же местные звезды, те же скандалы и преступления, тот же замученный голос за кадром, тот же принцип монтажа и музыкального оформления. Отсутствует лишь сам Глеб Пьяных - но лишь формально, ибо дух его пронизывает каждый пиксель телекартинки.

Собственно говоря, таблоиду все равно чем питаться, он идейно всеяден. Драматургия первобытных эмоций осваивает любой сюжет - и упрощает, опошляет его. Жизнь диктаторов? - да пожалуйста! Бунт зверей в зоопарке? - нате вам! Кашпировский не лучше и не хуже прочих, но у него есть заметное преимущество: не требуется дополнительных вложений в раскрутку имени. Кстати, к самому Анатолию Михайловичу, как и к испытуемым экстрасенсам не может быть никаких претензий. Нет сомнений, что они достаточно честны, бескорыстны и верят в важность своего дела. Но мы судим не по намерениям, а по результатам - а они таковы, что вместо рассказа о тайнах бытия нам в очередной раз показали развлекательный триллер, заурядный и предсказуемый.

В этой связи хочется озвучить два суждения. Во-первых, наша критическая ирония ни в коем случае не распространяется на сферу непознанного и сверхъестественного как таковую. Огульное отрицание любой мистики и тайн представляется довольно вульгарным и, кстати говоря, антинаучным в своей основе. Если что и вызывает досаду и упреки, так это как раз та легкая поверхностность и безвкусность кричащего сенсационного подхода к темам деликатным и глубоким. Конечно, мы уже привыкли к тому, что в современной культуре верх одерживает все внешнее и упаковочное, подавляя все внутреннее и содержательное. Однако превращение интимного мистического опыта в желтый товар - во всех смыслах этой метафоры - воспринимается нами как торжество пошлости.

Во-вторых, акцентированная суеверная настроенность всегда свидетельствует о духовном кризисе и нравственной нестабильности, об отсутствии единой целостной картины мира, о сомнениях и брожении общества. И несмотря на развлекательный характер данной передачи, само её праймтаймовое появление на одном из центральных каналов - событие достаточно знаковое. Напомним: прошлый приход Анатолия Кашпировского на телевидение случился перед самым крахом Советской империи.
Link17 comments|Leave a comment

(no subject) [Sep. 18th, 2009|01:38 am]
[Tags|]

http://www.russianews.ru/newspaper/27083/27169

ПЛОДЫ ПРОСВЕЩЕНИЯ

В летнем социологическом опросе, опубликованном нашей газетой, были приведены любопытные данные о том, что образовательную функцию телевидения телезрители поставили на второе место по важности сразу после информационной и значительно выше, чем развлекательную. При этом образование понималось в широком смысле – и как обучение, и как воспитание.

Однако притом что телевидение обычно стремится угодить аудитории, в данном случае оно не спешит оправдывать ее ожидания. В годы советской власти работал специальный образовательный канал, предлагавший дистанционное обучение. Предполагалось, что советский ребенок может пройти сокращенный школьный курс, просто смотря телевизор. С началом рыночных времен «АБВГДЕйку» сменила кукольная «Улица Сезам», а вместо английских уроков Светланы Жильцовой на телеэкранах появился мультяшный монстр Маззи из Англии.

Сейчас собственно образовательных каналов нет, мы, разумеется, не берем в расчет научпоп, к нему особые претензии. Даже отдельных учебных передач практически нет. Что-то делается на нишевых детских телеканалах, но главным образом для дошкольников. Коммерческое телевидение, а именно оно распространено в современной России, отказывается видеть экономический потенциал в учебных передачах. Высокая доходность смежных сфер – рынка частного образования и тренингов – не служит ему убедительным примером. В лучшем случае обучающие программы воспринимаются в контексте навязанного извне мотива социальной ответственности. В то время как все успешное, разумеется, должно рождаться изнутри.

Однако было бы ошибкой утверждать, что обучающих программ на современном телевидении совсем нет. Они, несомненно, есть. Другое дело, что их школьная природа настолько закамуфлирована под иные стили и жанры, что не всегда их узнаешь. Они делаются в формате развлекательных шоу с игривыми ведущими и таблоидной проблематикой и рассчитаны на аудиторию домохозяек.

Если в советские годы преподавались общеобразовательные предметы, то теперь нас учат правильно жить. А что для жизни главное? Жилье и еда. Искусству обустройства домашнего быта – в городе и на даче – посвящены популярные передачи, обучающие оформлению интерьеров и ландшафтному дизайну. Науке вкусно готовить и грамотно питаться учат в многочисленных кулинарных программах. Вкус к одежде и макияжу прививают разнообразные модные приговоры. Выходят в эфир эти передачи обычно в удобное дневное время, дабы каждая российская домохозяйка имела возможность «научиться просто, мудро жить».

Правовое сознание выращивают трансляции инсценированных судебных заседаний. Редкий канал не имеет теперь своего суда присяжных. С одной стороны, умение вести публичную дискуссию и преодоление страха перед самой ситуацией суда – очевидно, благотворные вещи. С другой стороны, на деле телевизионный судебный процесс превращает торжество справедливости в шумный балаган с грязноватым выяснением отношений.

То же можно сказать и о психологическом консультировании на телеэкране. На смену глубочайшему психологизму русской литературы, театра и кинематографа пришли доктора курпатовы со своими простыми истинами и решениями. Серьезные неврозы лечатся здесь за пятнадцать–двадцать минут, семейные конфликты разрешаются двумя рекомендательными фразами. А часто формат психологической помощи является лишь поводом показать скандалы и хамство, подогревающие интерес зрителей.

Чему только не учит уподобившееся глянцевым журналам телевидение! Народной медицине, интимной жизни, карьерному росту, вложениям в фонды, сделкам с недвижимостью... Должно быть, в таком образовании много пользы. Однако подлинные результаты уроков проявляются в далекой перспективе. И по плодам их узнаем их.
Link2 comments|Leave a comment

(no subject) [Sep. 13th, 2009|12:22 am]
Началась череда конференций... Сегодня был в Политехе на политэкономических прениях, познакомился с Иммануилом Валлерстайном. Ему 80, и он не в лучшей своей форме, но - классик, и впечатляет. А утром уже улетаю в Лимассол на "Eurogate - 2009", как эксперт по медийному бизнесу. Главное, конечно, через три недели - "Диалог цивилизаций" на Родосе, где делаю доклад о медиакратии.
Link1 comment|Leave a comment

(no subject) [Sep. 10th, 2009|12:13 pm]
[Tags|]

http://www.russianews.ru/newspaper/26869/26931

ИГРЫ РАЗУМА

Не оставляет чувство, что ум входит в моду. Во всяком случае, изобилие на телеэкране разнообразных интеллектуальных игр, конкурсов и викторин заставляет прийти к такому выводу. Если в советские годы любителям поломать голову приходилось довольствоваться нечастыми эфирами передачи «Что? Где? Когда?», то в последнее время каналы предлагают богатый выбор передач для развития ума - импортных и собственного производства, для людей образованных и не очень, для детей и взрослых. В большинстве своем это лицензионные американские шоу, популярные на Западе настолько, что о них снимаются фильмы, становящиеся культовыми - такие, как, например, оскароносный «Миллионер из трущоб» или «Магнолия».

Однако попробуем разобраться, какие именно интеллектуальные достоинства испытываются в телевизионных соревнованиях. Очевидно, что истинная сила разума довольно далека от наивных измерений IQ. Да и сам ум разными людьми понимается совершенно по-разному. Для одних это - широкая образованность, эрудированность, для других - смекалка, практический ум, логичность мышления, умение решать проблемы. А ведь есть еще и такие сходные качества, как мудрость и хитрость - все это так или иначе входит в понятие ума, интеллектуальной деятельности. Не секрет, что телевизионные игры разума за редким исключением ориентированы на вполне определенные умственные свойства - на эрудицию и умение вычислять правильный ответ.

Здесь крайне важно разграничить такие аспекты интеллектуального труда как знание, понимание и мышление. И если ключевыми для умственного и нравственного развития человека представляются собственно способность к пониманию и мышление, рефлексия, то современная телевизионная культура игнорирует их и ориентируется исключительно на чистое знание, не требующее осмысления, интерпретации и личной оценки. Такова уж природа современной медийной реальности. По сути это и не знание, а бессмысленная форма, оболочка подлинного знания. В этом смысле особенно грустно наблюдать детские игры, создающие ложные образцы и ориентиры для детей и подростков.

Ложность и тупиковость пути тренировки ума как внешнего знания, а не внутреннего понимания, хорошо описана в классической литературе. Прежде всего, на память приходит, конечно, «Игра в бисер» Германа Гессе. Однако даже и это сопоставление с интеллектуальной эквилибристикой героев романа кажется излишне лестным для нынешних телеигрищ. Здесь скорее напрашивается сравнение с другим персонажем, нашим вымышленным соотечественником.

В рассказе «Срезал» - хрестоматийном произведении Василия Шукшина - селянин Глеб Капустин, лишенный фундаментального образования, но нахватавшийся случайных обрывочных знаний, с удовольствием доказывает свое интеллектуальное превосходство университетским преподавателям-филологам, приехавшим в деревню. Нелепость поверхностных псевдоученых суждений Глеба Капустина очевидна лишь действительно академически образованным людям. Односельчанам же, наблюдающим странноватый квазифилософский спор, кажется, что Глеб мощью своих знаний победил, «срезал» городских грамотеев - при том что на самом деле он всего лишь сыпал несвязный терминологический мусор, почерпнутый из газетных кроссвордов и научно-популярных заметок.

Кроссвордное мышление возобладало в современной массовой культуре, это тот высший уровень мысли, на который она способна подняться. Печально констатировать, что частью этой симулятивной культуры, похоже, становится и пресловутый единый государственный экзамен. Как известно, заимствованный у Запада ЕГЭ повсеместно заменил традиционные жанры - такие, как, скажем, сочинение - раскрывающие в ученике способность понимать и размышлять. Разве не тот же принцип угадывания кроссвордных ответов лежит в основе новейших экзаменационных тестов? Сдающий ЕГЭ будто бы играет в «Кто хочет стать миллионером?» - и не впору ли сказать ему не дибровское «О, счастливчик!», а античное «О, несчастный!».
Link4 comments|Leave a comment

(no subject) [Sep. 3rd, 2009|11:47 am]
[Tags|]

http://www.russianews.ru/freetime/26749/

ИНДУСТРИЯ КОШМАРА

Наверняка у каждого из нас найдется хотя бы один знакомый, совершенно помешанный на фильмах ужасов (не исключено, что мы сами таковы). Причем, как правило, это человек весьма нервического склада, попросту говоря - неврастеник. Глаза его бегают, конечности вздрагивают, дыхание частое, сердцебиение ускоренное. Порою удивляешься: ему бы расслабляться в санатории, попивать боярышник да пустырник - он же после работы спешит домой, боясь опоздать на очередную серию каких-нибудь баек из склепа с инопланетными монстрами, ожившими мертвецами, вампирами и привидениями. Невольно думаешь: и как только люди могут смотреть весь этот трэш? - но ведь смотрят же! Ужастики имеют устойчивую аудиторию и хорошо продаются. На Западе давно уже возникла целая индустрия художественного запугивания - тот же Майкл Джексон стал суперзвездой в начале восьмидесятых, эксплуатируя сверхпопулярную уже тогда стилистику триллера.

Как-то Иосиф Бродский, размышляя о поэзии американца Роберта Фроста, предложил разделять страх как локальное чувство - и ужас как тотальное мироощущение. У страха должна быть какая-то конкретная пугающая причина: вампир, упырь, маньяк… В случае с ужасом ситуативной угрозы нет, он как бы разлит в космосе и в душе человека. Он изначально присущ миру, его можно почувствовать везде и всегда - при этом он, конечно, не такой острый. Если согласиться с таким противопоставлением, то традиционные фильмы ужасов правильнее было бы называть страшилками. А собственно ужасами именовать произведения высокого саспенса - каковы, к примеру, лучшие работы Альфреда Хичкока или, скажем, Дэвида Линча. Эти режиссеры не опускаются до кукольной монструозности, работают на более утонченных приемах - страхе неизвестности, тревожности абсурда. Их творения и ужастиками-то не назовешь, скорее это философские притчи о смысле смерти и безумия. Впрочем, разбор причин и следствий зрительского интереса к ужасам на телеэкране оставим психиатрам. Копание в занемогшей душе - занятие деликатное и ответственное. Столкнувшись с подавленными детскими кошмарами, главное - не навредить.

Мы же зададимся одним нетривиальным вопросом: почему в России не сложилась собственная культура ужасов? Триллеров собственного производства у нас практически нет - при всем богатстве русского народного творчества, литературы и кинематографа. Конечно, есть совсем нестрашные сказки про Кощея. Есть некое подобие готической прозы: «Гробовщик» и «Пиковая дама» Пушкина дали вялую традицию, не получившую развития. Есть пионерский фольклор со «страшными историями». Есть десяток постперестроечных кинолент. Но, в любом случае, у нас нет своих культовых Эдгара По, Лавкрафта и Стивена Кинга - и нет конвейерного производства кошмара, коим завалены нынче отечественные развлекательные телеканалы. Зато хоррор в изобилии производится в США, Англии и Японии.

Предложим два соображения. Во-первых, обратим внимание на то, что творчество ужасов наиболее развито в островных культурах - особенно если иметь в виду британские корни американской ментальности. Человек с островным сознанием - «человек-остров» - везде и всегда чувствует себя одиноким и незащищенным. Ему всюду мнится опасность, паранойя - его недуг, и вся жизнь его проходит в борьбе со страхом. В свою очередь, авантюризм и культ права - результаты компенсации этого комплекса.

Во-вторых, страх и трепет, как правило, появляются на разломах и границах - времен и территорий. Естественное лекарство против страха - вера, уверенность в чем-либо. Не обязательно религиозно-мистическая, достаточно устойчивого нравственного чувства и ясной картины мира. Безверие, свойственное пограничным эпохам, заполняет свои пустоты ужасами и разной нечистью. То же касается пограничных земель: неслучайно гоголевский Вий и трансильванский Дракула возникли на окраинах православного царства. В этом смысле ужасы выполняют функцию компаса, определяющего, где центр и где - периферия.
Link7 comments|Leave a comment

(no subject) [Aug. 28th, 2009|12:00 am]
lanskoy(с)ellphone

Пообщался сегодня с нобелевским Орханом Памуком. Любопытный дядька, напишу о нем заметку в следующий номер.
Link9 comments|Leave a comment

колонка сегодня [Aug. 27th, 2009|11:21 am]
[Tags|]

http://www.russianews.ru/freetime/26535/

КРИМИНАЛЬНОЕ ЧТИВО

Вот и лето прошло, как сказал поэт, и миллионы российских купальщиков и купальщиц с радостью возвращаются с курортов. Значительная их часть вернулась домой с анталийского побережья - примерно из тех мест, где два с половиной тысячелетия назад Гераклит Эфесский изрек странноватую для русского уха максиму «Война - отец всех вещей».
Мысль эта может показаться и сомнительной, и устаревшей. Уже в середине прошлого века масштабные войны стали невозможны. Оружие массового поражения, появившееся, между прочим, одновременно с массовой культурой, сдерживает большие войны. Биологическая энергия соперничества и кровопролития находит для себя новые массовые формы, воплощаясь в повсеместном распространении спорта и криминальной тематики.

И все же, если войну понять расширительно - как оппозицию, противостояние - то окажется, что старик Гераклит по-прежнему прав. Современная культура пропитана коллизией и конфликтом - что напрямую касается и телевизионной драматургии, зиждущейся на чувстве враждебности, на идее столкновения. Прежде всего, это относится к изобилующим на телеканалах криминальным программам: детективным сериалам, документальным фильмам-расследованиям, текущей криминальной хронике и постановочным судебным заседаниям. Криминал на телевидении торжествует, причин же любви аудитории к нему можно выявить несколько - от очевидных и тривиальных до неожиданных и подспудных.

Самое простое объяснение - у физиологов. Действительно, человек, погружаясь в криминальную реальность телевизионного зазеркалья, начинает испытывать сильные эмоции: кто страха и тревоги, а кто - возбуждения и агрессии. Биохимия стресса доставляет особое удовольствие, впрочем для производства очередной дозы адреналина не нужен изощренный многоходовой сюжет и сложная образность, достаточно банального боевика, тарантиновского «криминального чтива».

Психологи найдут другое обоснование зрительских пристрастий к криминальному жанру. Именно в детективе важное человеческое содержание проявляется в наиболее концентрированном виде. Это сострадание к жертве, желание справедливости, заочное соучастие в возмездии и радость воздаяния. Непременный хэппи-энд детективного расследования гарантирует безошибочность Немезиды.

Суждения критиков и искусствоведов, скорее всего, будут основываться на более изысканной зрительской мотивации, связанной с эстетической природой детектива. Ведь при известной формульности сценариев, при всей рецептурности режиссерской работы, умно написанный и мастерски снятый фильм может стать настоящим кинематографическим удовольствием. А удачная актерская работа способна сделать придуманных героев - будь то наш Глеб Жеглов или их Эркюль Пуаро - образцами для подражания.

Культурологи дадут свое истолкование. В детективной продукции они увидят этическое содержание: в самом деле, преступление задает границу нормы, наказание утверждает действующую систему ценностей. В этом смысле детектив оказывается одним из механизмов сохранения в культурном пространстве единых нравственных ориентиров, и телеаудитория здесь подчиняется задачам культуры.

Нам же симпатичнее всего позиция философов. На первый взгляд, детектив никак не назовешь жанром высокой метафизики. И все же, если вдуматься, в самой основе любого криминального расследования и судебного процесса лежит идея поиска истины. Вот этот пафос абсолютного знания и утверждение торжества разума и делают детектив столь притягательным. Недаром в детективную форму облекали свои романы такие писатели-мыслители, как Диккенс и Достоевский. Без стремления к истине, без свойственных ей разрешения конфликтов и преодоления препятствий разве возможно достижение гармонии? Ведь по Гераклиту: «Гармония - мать всех вещей». Для русского уха звучит куда благозвучнее.
Link4 comments|Leave a comment

сегодняшняя колонка в "России" [Aug. 20th, 2009|11:04 am]
[Tags|]

http://www.russianews.ru/freetime/26313/

ИСКУССТВО ДОКУМЕНТА

Несмотря на некоторую монополию в российском эфирном пространстве двух-трех федеральных телеканалов, им тоже приходится задумываться о собственном позиционировании. И если, скажем, частное НТВ пошло по пути таблоидной развлекательности, то государственный канал «Россия» сделал ставку на документалистику. Визитной же карточкой канала призван был стать проект «7 док», широко рекламируемый на ресурсах ВГТРК под императивным слоганом «Смотреть обязательно!».

Семь документальных фильмов, прежде выходивших в эфир и названных лучшими, показывали по средам в течение почти всего лета. Надо думать, сакраментальное число семь должно было символизировать множественность и изобилие — ведь именно таково одно из мифологических значений этого числа. Что правда, то правда - документального кино на канале «Россия» действительно много, и, следует признать, оно вполне приличного качества. Однако на наш взгляд, фильмы, вошедшие в цикл «7 док», объединяет не только то, что они лучшие. В них присутствует сквозной мотив. По закону жанра, циклу свойственно создавать из отдельных частей единый текст, выстраивать смысловые связи, образовывать подобие внутреннего сюжета. Что же связывает такие разные фильмы, как «Метро», «Вода», «Рузвельт», «Византия», «Троцкий», «Моцарт» и «Сталин»?

На наш взгляд, все они объединены сюжетом построения империи. Даже далекие от имперских дел образы метро, воды и венского композитора-классика оказываются включенными в контекст Рузвельта, Византии, Сталина и Льва Троцкого, показанного в геополитическом ракурсе столкновения империй - и предстают в новом свете. Здесь все приобретает ампирный смысл порядка, рациональности и иерархичности: и архитектурная упорядоченность советского метро, и упорядоченность гармоний классициста Моцарта, и геометрические структуры воды, упорядочивающие жизнедеятельность организма. Это вполне современный взгляд, ибо неоампир - правящий мировой стиль. Нынче имперское мироощущение доминирует что в американской культуре, что в китайской, что в русской.

Фильмы же эти действительно хороши, однако особенно хочется отметить тот, что про Византию. История средневековой христианской империи, данная в интерпретации архимандрита Тихона (Шевкунова), вызвала немалые споры — что закономерно, ибо слишком нарочито проводились в фильме параллели между Византией и сегодняшней Россией. Но при всей важности темы еще более важным представляется сам формат. Впервые представитель русской церкви такого ранга и влиятельности делает абсолютно современный телевизионный продукт. Не просто пользуется возможностями светского телевидения, а именно выступает в качестве его автора, работает по его правилам и подстраивается под его моду — вплоть до парфеновских движений в кадре и репортерских интонаций. У католиков это происходит давно: еще прежний Папа Римский записывал рэп-композиции. У нас же такое плотное слияние с медийной культурой наблюдается впервые.

Помимо «7 док», летом на канале «Россия» было еще одно яркое событие - премьера четырехсерийного документального фильма «Подстрочник», посвященного известной переводчице Лилианне Лунгиной, матери кинорежиссера Павла Лунгина. Этот небольшой сериал вызвал восторг околотворческой интеллигенции, кто-то даже объявил его главным культурным событием. Фильм действительно глубокий, искренний, добротно сделанный, и главная героиня — человек, по-видимому, замечательный. Но возникает недоуменный вопрос: зачем же нормальную качественную работу оценивать как шедевр? Впрочем, свое доброе дело этот сериал сделал, его успех создает полезный прецедент, помогающий продюсерам и теленачальникам увидеть новые достойные темы и форматы.

В целом же, выбранный каналом «Россия» документалистский вектор представляется актуальным и продуктивным. Ведь если вдуматься, на наших глазах происходит парадоксальный культурный сдвиг: все художественное старается походить на документальное, а документальное обретает художественность. Если упрощать и вульгаризировать, то можно сказать, что жизнь теперь интереснее, драматургичнее искусства, а искусство пытается подражать документу. Впрочем, это отдельная большая тема, и о ней мы еще поговорим.
Link5 comments|Leave a comment

In memoriam [Aug. 20th, 2009|01:40 am]
[Tags|]

Он воспитывал ум свой, как Будда.
Свое тело лепил, как Челлини.
И лицо его соткано будто
из античных эвклидовых линий.

Даже здесь в полутьме у канона
он подобен ахейскому мужу.
А в ладонях зажата икона -
путеводным билетом наружу.
Link7 comments|Leave a comment

МЕНЯ ХВАЛЯТ :) [Aug. 18th, 2009|05:01 pm]
http://v-tretyakov.livejournal.com/262502.html


Виталий Третьяков:

"Андрей Новиков-Ланской, начавший вести по моему предложению телевизионную колонку в газете «Россия», публикует там, на мой взгляд, просто блестящие по стилю и очень глубокие по содержанию материалы. Ничего подобного о нашем телевидении я до сих пор не читал."
Link3 comments|Leave a comment

(no subject) [Aug. 17th, 2009|10:33 pm]
Меня часто путают с другими людьми. Я нервно вздрагиваю, когда ко мне обращается незнакомый человек, я никогда не уверен, меня ли имеют в виду. Теперь, когда у меня много студентов, которых я не помню в лицо, это вдвойне сложно. Раньше меня регулярно путали с Глебом Шульпяковым. Уж не знаю, чем мы похожи, но на литературные тусовки ходить было страшновато: разные знаменитости расцеловывали меня со словами "Как дела, Глеб?" Кульминацией этого кризиса идентичности была ситуация, когда на какой-то премии мы стояли и общались ВМЕСТЕ с Глебом, и именно ко мне какой-то дядька обратился: "Здравствуйте, Глеб!" С недавнего времени я стараюсь избегать дурацких писательских тусовок...
Link2 comments|Leave a comment

колонка сегодня [Aug. 13th, 2009|11:52 am]
[Tags|]

http://www.russianews.ru/newspaper/26033/26117

ГОД СПУСТЯ

Главным телевизионным событием прошедшей недели снова стал Цхинвал - как и год назад. Было множество сюжетов и репортажей, а три центральных канала - Первый, «Россия» и НТВ - показали на эту тему документальные фильмы. Конечно, войну мы умеем снимать как никто, наша традиция здесь весьма богата и хорошо разработана. Нам обычно удается передать и документальную точность хроники, и историческое осмысление событий, и их нравственную оценку. Зрелище получается тяжелое, натурализм репортажных съемок вызывает не только сострадание, но и тревогу. Психологическое же действие телевидения тут двойственно. С одной стороны, интимная природа телеэкрана создает болезненный эффект присутствия. Но с другой стороны, обилие страшных кадров неизбежно включает защитную реакцию психики, и острота восприятия достаточно быстро притупляется.

Впрочем, эмоционального отстранения не происходит, когда в действие вступает большая музыка. От слез катарсиса невозможно укрыться, ибо трагедия, заложенная в музыке, совершается не вовне, а внутри человека. В этом смысле кульминацией дня памяти справедливо стала запись концерта оркестра Мариинского театра на центральной площади полуразрушенного Цхинвала. Осетинский реквием, собранный из симфоний русских композиторов Чайковского и Шостаковича и исполненный самым знаменитым в мире осетином Валерием Гергиевым, год назад стал мощным символом. Впечатляет он и год спустя. Это, конечно, исторический концерт, сам по себе уже вошедший в число главных музыкальных событий эпохи.

Вообще же, телевизионную составляющую той войны еще предстоит детально изучить, это отдельная и большая тема. Ведь даже самым неискушенным в медийных технологиях зрителям было видно, что боевые действия шли не только с оружием в руках, но и в эфире. Трудно оценивать первый после холодной войны опыт открытого информационного противостояния между российскими и западными СМИ - главным образом, американскими и английскими. Все же думается, что специалистам имеет смысл пристальней исследовать стратегию, тактику и инструментарий виртуальных войн. Ведь телевидение, по всей вероятности, станет одним из основных плацдармов и будущих конфликтов.

В любом случае, можно сделать некоторые выводы. Во-первых, становится совершенно очевидной необходимость усиления отечественного иновещания. Единственный российский англоязычный телеканал Russia Today блестяще отработал год назад, показав, что мы можем создавать информационный контент качественнее, чем казавшееся эталонным CNN. Но одно дело разработать привлекательный контент, и совсем другое - донести его до зарубежной аудитории. Здесь нужна грамотная маркетинговая политика продвижения нашего продукта, со знанием психологии и ожиданий иностранного зрителя. Не говоря уже о том, что одного канала мало, да и тот, что есть, в мирное время мог бы быть поинтереснее. Во-вторых, хорошо бы научиться работать с самими западными СМИ, пользуясь их собственными слабыми местами. При всей их предвзятости и ангажированности они вынуждены работать в рамках своих общих мест, банальностей, норм и правил. Есть ненарушаемые законы жанра, которые не может запретить никакая власть сверху. Если, скажем, новость подается в контексте скандала суперзвезд, вероятность ее многократного выхода в эфир и скачивания с Интернет-ресурсов резко увеличивается.

Кроме того, на Западе все еще жив культ объективной журналистики. Есть довольно много репортеров, готовых идти на публичный скандал, если они сталкиваются с искажением фактов. С такими журналистами надо работать, имея, конечно, в виду, что объективность информации всегда зависит от определенного ракурса зрения и смысловых рамок, которые вполне можно двигать. Так, в объективных цифрах 08.08.08 можно увидеть дату начала грузинской операции, а можно - лежащую на боку символическую лестницу, собранную из знаков пустоты и знаков бесконечности.
Link2 comments|Leave a comment

сегодняшняя колонка [Aug. 7th, 2009|01:14 am]
http://www.russianews.ru/freetime/25912/

КЛИП И ЦИКЛОПЫ

С тех пор как видеоклип превратился в один из доминирующих телевизионных жанров, принято обсуждать – и, как правило, осуждать – так называемое клиповое сознание. И хотя мало кто понимает, что это такое, на все клиповое (читай – подростковое) в хороших домах принято смотреть подозрительно свысока, как на нечто заведомо недоразвитое, разрушающее традиционные нормы и формы. Не далее как в прошлой колонке нам тоже довелось поохать по поводу массовой молодежной культуры. Однако клиповое сознание – отдельная история.

Впрочем, обо всем по порядку. Появившись в качестве визуального сопровождения саундтрека, видеоклип довольно быстро стал самостоятельным синтетическим искусством. Формальное ограничение здесь только одно – по времени: клип длится несколько минут и в эти минуты нужно вместить видеоряд, полноценно раскрывающий суть музыкальной композиции. Поскольку обычно в песне главное не рассказанная история, а атмосфера и настроение, то и визуализация не может быть сюжетной, линейно последовательной. Возникает калейдоскопическое соединение разрозненных образов, мельтешение несвязных картинок, скраивание целого из лоскутков. И вскоре, вполне по Гегелю, который, как известно, всегда прав, стремительно растущее количество клипов перешло в новое качество: из локального жанра клип превратился в тотальный стиль и доминирующий тип сознания. Появился принципиально иной способ восприятия реальности – нелинейный, пульсирующий, мозаичный.

Иными словами, клип привнес в современное сознание краткость и фрагментарность. Первая из этих черт – лапидарность высказывания, способность разместить максимум информации на минимуме пространства – давно уже одно из ключевых условий современного общения. На принципе телеграфной экономии построены такие глобальные системы связи, как sms, icq, twitter. Но если вдуматься, есть гораздо более древний предшественник клиповой лаконичности, нежели телеграф. Более того, искусство интенсивного сжатия содержания предельно архаично, оно родилось вместе с цивилизацией.

Речь, разумеется, идет об искусстве поэзии. Именно поэтический текст по определению обладает теми чертами, которыми мы обозначили клиповость. В нем также борются-сливаются две силы: центробежная энергия расширения смысла и центростремительная энергия сжатия фразы. Кроме того, в основе поэзии лежат ритм и метафора. Ритмичность клипа очевидна, метафора же подобна фрагментарному устройству калейдоскопа, ибо сближает неожиданные слова и образы, зарифмовывает несоединимое. Ускорение и уплотнение смысла происходят здесь за счет построения спонтанных связей.

Возможно, это звучит несколько парадоксально, но наши рассуждения приводят к выводу о том, что клиповое сознание – это начало поворота от линейного прозаического мировосприятия к нелинейному поэтическому. От развернутой последовательности сюжета к напряженному символизму коротких, но бездонных поэтических метафор. От исторического сознания к мифологическому. Критики клиповой культуры обычно сетуют на свойственную ей невозможность долгой фокусировки внимания. Однако разве не этим отличается, скажем, чтение прозы от чтения стихов? Ведь мы можем кряду прочитывать сотни страниц романа без напряжения и головной боли. И совсем другое усилие требуется, дабы всерьез освоить хотя бы несколько десятков настоящих стихотворений. Здесь другие размеры и совсем другая интенсивность внутренней работы. Возможно, такова природа и современного клипового сознания: оно концентрируется недолго, но глубоко и творчески – ибо не только воспринимает, но и авторски реконструирует увиденное.

Некоторым образом современный клиповый человек похож на циклопа. Зачем ему два глаза, вся эта сложная стереоскопия, с разных сторон разглядывающая внешнюю реальность? Достаточно одного - глядящего в калейдоскоп. Цельная мозаика складывается где-то глубоко внутри из горстки собранных смальт. Можно сказать, что единственный глаз циклопа – это третий глаз. Тогда как два ординарных недоразвились либо атрофировались за ненужностью. Он дает определенную степень свободы, ведь если зрение не фотографирует мир, а синтезирует его внутренний образ, ему не нужна посторонняя помощь – будь то очки или монокль.
Link3 comments|Leave a comment

navigation
[ viewing | most recent entries ]
[ go | earlier ]

Advertisement